Тематические сайты, по благословению епископа Новокузнецкого и Таштагольского Владимира:

Исповедь и Причастие.РУ      Соборование.РФ     Пост.РФ     Война со страстями.РФ     Смерть поминовение.РФ     Епархия НВК

Гермоген Иванович Шиманский. «Подвиг очищения сердца».

Покаяние и сокрушение сердца, молитва, воздержание, чтение Слова Божия, частое Причащение Святых Таин. Терпение скорбей. Внедрение в сердце добрых чувств и расположений. Внутренние делания: трезвение, самоиспытание и бодренность. Ревность о спасении.

Итак, христианин, ревнуя о спасении, все внимание должен обращать на очищение сердца и на напечатление в нем истинно христианских чувств и расположений[1] – при помощи ряда духовных подвигов и упражнений и исполнения добрых дел, которые необходимо входят в состав спасительного пути.

«Для очищения сердца, – говорит протоиерей Иоанн Кронштадтский, – нужны великие труды и скорби; частые (покаянные) слезы, непрестанная внутренняя молитва; воздержание, чтение Слова Божия, писаний и житий святых угодников Божиих, но главное – частое покаяние и Причащение Пречистых Таин и ежедневное самоиспытание; размышление о том, сколь чистым сотворен человек в начале и как вошла в мир скверна греха; о подобии и образе Божием в нас и о нашей обязанности уподобляться Первообразу – Пречистому Богу; о искуплении нас бесценною кровию Сына Божия, о сыноположении нашем во Христе Иисусе, о заповеди нам быть святыми во всем житии (1Пет.1:15); размышление о смерти, о суде, о геенне огненной. Нужны великие скорби, потому что они врачуют болезнь греха, сжигают терние греха… Все святые перенесли великие скорби и труды для стяжания сердечной чистоты, и никто не был увенчан без скорбей: одни претерпели многоразличные мучения от гонителей, другие самопроизвольно томили и удручали себя постом, бдением, телесными трудами, непрестанно бодрствовали в молитве и благоуханием ее отражали всякое скверное приражение греха, часто причащались Святых Таин, как самого могущественного средства к очищению, освящению и обновлению души и тела; непрестанно поучались в Слове Божием, занимались богомыслием. Иные из святых были проповедниками слезного покаяния, например, преподобный Ефрем Сирин. Искренние глубокие слезы особенно нужны нам, ибо они очищают скверны сердца и весьма много способствуют его спокойствию и блаженству, ибо вместе с ними вытекает, так сказать, грех из душ наших; после них настает тишина и спокойствие совести и какое-то духовное благоухание и радость: человек умными очами зрит в себе Бога, очищающего все его беззакония и несказанно милующего его»[2].

Все святые своей жизнью и своим учением призывают нас к труду содержать свое сердце чистым посредством добронравия и благих расположений, хранения совести и всегдашнего исповедания сокровенных помыслов сердца. Если мы будем исповедовать их часто, а лучше каждый день, с сокрушением и сердечным болезнованием, припоминая все (греховное) и осуждая себя за все, делом ли сделали что худое, или умом помыслили недоброе, или слово сказали нехорошее, то чрез это стяжаем покаянное и сокрушенное сердце, сердце же такое извлечет слезы из глубины души, а слезы очистят душу и изгладят все его прегрешения. «Когда же изгладятся все грехи слезами, – говорит преподобный Симеон Новый Богослов, – тогда придет в душу воздействие Святого Духа и еще паче начнет напоять ее сладостью слез умиления, коими будет она мысленно питаться, крепнуть более и более, умножать плоды Духа, обильно принося их в должное время и заготовляя в них пищу себе на вечную и нескончаемую жизнь»[3].

Такой плач ублажает Господь в заповедях блаженств. Святые Отцы такой плач называют радостотворным, ибо он рождает утешение и духовную радость», которые суть залоги Царства Небесного. «Чудо неизъяснимое, – восклицает преподобный Симеон Новый Богослов. – Текут вещественные слезы из очей вещественных и омывают душу невещественную от скверн греховных; падают на землю, но низвергают демонов и освобождают душу от невидимых уз греха. О, слезы! вы, источаясь от действия Божественного просвещения, отверзаете самое небо и низводите Божественное утешение… Где слезы с истинным ведением, там и осияние Божественного света, а где осияние сего света, там и дарование всех благ, там внутри сердца отпечатлена и печать Святого Духа, от которого произрождаются и все плоды жизни. От слез плодоприносится Христу кротость, мир, милостивость, сердоболие, доброта, благостыня, вера, воздержание. От слез происходит то, что иной любит врагов своих и умоляет о них Бога, радуется в искушениях и хвалится скорбями, смотрит на грехи других, как на свои собственные, и плачет о них и с готовностью предает жизнь свою на смерть за братий своих»[4].

Другим важнейшим и испытанным средством к стяжанию чистоты сердца от греховных помыслов и нечистых пожеланий является частое и усердное призывание святейшего и сладчайшего имени Господа нашего Иисуса Христа. Господь Спаситель есть источник святости и чистоты. Вместе с усерднейшей и частой молитвой очищению сердца служат воздержание и пост[5].

Очищение сердца от страстей составляет только часть подвига стяжания чистоты; другую важнейшую часть составляет стяжание христианских добродетелей.

«Страсти суть сердечные движения»[6]. Сердце, сочувствующее греховным приражениям, обеспечивает их развитие и господство в душе человека, в результате чего и рождается страсть. Поэтому в борьбе с грехом необходимо приобрести, сохранять и поддерживать в сердце отрицательное, враждебное отношение ко греху, живую и интенсивную ненависть к нему. Эту нелюбовь к страстности, неприязнь к ней епископ Феофан Затворник называет «военной духовной силой, которая одна может заменить всю рать».

Однако нелюбовь к страстности не будет прочной, постоянной и живой, если не воспитаем в себе благорасположение и любовь к вещам Божественным, святым, духовным. Сердечное стремление к духовному и нравственному, «соуслаждение духовному есть первый признак оживления души от греха»[7]. Оно лежит в основе образования добрых чувств и расположений в сердце.

Итак, наряду с очищением сердца от страстей, второе и важнейшее делание христианского подвижничества состоит в том, чтобы внедрить в сердце добрые чувства и расположения, ибо «что есть в сердце, то есть пред Богом»[8]. Эти добрые чувства и расположения должны быть постоянными настроениями сердца, которыми определяется характер и нрав человека и оттуда исходят его наибольшие желания и направления его дел[9]. Добрые чувства и расположения, как постоянные настроения сердца, называются добродетелями, а худые – пороками, порочными наклонностями или страстями.

Вот жизненная задача христианина – украшение души всеми добродетелями, чрез что «душа бывает обителью Триипостасного Бога», храмом, достойным боговселения[10].

Какие именно добрые расположения в сердце, или добродетели, должны иметь христиане, указывают изречения Христа Спасителя о блаженствах, а именно: смирение, сокрушение, кротость, правдолюбие (стремление к праведности), истиннолюбие, милостивость, чистосердечие, терпение. Святой апостол Павел в Послании к Галатам указывает следующие христианские благорасположения сердца как плоды Святого Духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание (Гал.5:22–23). В другом Послании он указывает: облекитесь, как избранные Божии, святые и возлюбленные, в милосердие, благость, смиренномудрие, кротость, долготерпение, снисходя друг другу и прощая взаимно, если кто на кого имеет жалобу: как Христос простил вас, так и вы. Более же всего облекитесь в любовь, которая есть совокупность совершенства (Кол.3:12–14)[11].

Пока христианин не препобедит страсти и вместо них не напечатлеет в сердце добродетели – в нем происходит непрерывная борьба с самим собою: он должен постоянно противиться злу и принуждать себя на добро. У христианина всегда должны быть два основные начала подвижничества: самопротивление и самопринуждение.

Очищение сердца от страстей и стяжание страстепотребительных добродетелей – длительный и многотрудный подвиг, требующий непрерывной бдительности, трезвения, бодренности, без всяких послаблений. По определению преподобного Исихия, «трезвение есть путь всякой добродетели и заповеди Божией»[12].

Трезвенность, или трезвение, – это постоянная бодренность (пред лицом Божиим) над самим собою, чтобы не допустить [в сердце] чего-либо греховного и не пасть. «Трезвение есть трудом и опытом приобретенное внимание ума в сердце к тому, что происходит в душе, и к тому, как протекают внешние дела», чтобы как должно направлять свою духовную жизнь[13]. Трезвение – это хранение сердца от худых помыслов пресечением их прилогов, самособиранием и вниманием внутрь в сердце и непрестанным со смирением призыванием имени Господа Иисуса Христа[14]. «С дыханием твоим, – наставляет преподобный Исихий, – соедини трезвение и имя Иисусово, или помышление о смерти и смирение»[15].

Трезвение исторгает из сердца всякое зло, отсекает многословие, злословие, оклеветание и весь список чувственных страстей, не терпя и на короткое время лишения сладости духовной чистоты сердца[16].

Трезвение – «наисильнейшее орудие к преодолению всего недоброго (греховного, порочного) и к успеху во всем добром»[17]. Оно противодействует самим началам греха: греховным помыслам и чувствам. Трезвение есть необходимая принадлежность истинного духовного делания, при котором вся видимая и невидимая деятельность христианина совершается по воле Божией, единственно к благоугождению Богу. Трезвение есть причина чистоты сердца, а чрез это и боговидения, даруемого чистым сердцем. «Само оно есть собственно чистота сердца»[18].

Без трезвения никак нельзя достичь чистоты сердца. «Очищение сердца, – говорит преподобный Исихий, – чрез которое стяжавается смирение и всякая другая добродетель, есть не что иное, как то, чтобы отнюдь не попускать приражающимся (греховным) помыслам входить в душу»[19]. «Трезвение, если оно постоянно пребывает в человеке, делается для него путеводителем к правой и богоугодной жизни»[20].

«Трезвение приобретается постепенно; стяжавается долгим временем и трудом; рождается преимущественно от внимательного чтения (Священного Писания) и молитвы; наблюдать за собой, (духовно) бодрствовать, обдумывать каждое предлежащее нам слово и дело, быть внимательным ко всем своим помыслам и ощущениям, наблюдая за собой, чтоб не соделаться каким-либо образом ловитвою греха (1Пет.5:8–9)[21]; от памятования Бога, от навыка все творить пред очами Божиими. Много помогает здесь слышимый в душе голос совести, предупреждающий или указывающий на правые действия, мысли и чувства.

Необходимо внимать совести в делании добрых дел и хранить ее в чистоте путем самоиспытания и бдительности. (Самоиспытание и бдительность – делания, относящиеся к трезвению). Христианские подвижники советуют посвящать этому важному делу самонаблюдения и самоиспытания пред судом собственной совести определенное время дня, преимущественно утро и вечер. Об этом испытании и очищении совести покаянием говорится в наставлении, помещаемом в конце вечерних молитв в большинстве молитвословов.

Указанные нами здесь общие начала подвижничества: борьба (самопротивление и самопринуждение), трезвение и бодренность, как совмещающие в себе самоотвержение и любовь, можно назвать первоначалами очищения сердца. Всякое доброе дело ими начинается и ими сопровождается. Сила же, которая движет подвизающегося в подвиге очищения сердца, – ревность о спасении ради славы имени Божия. Эту ревность, чтобы она не погасла, необходимо постоянно возгревать памятью о смерти и о том, что будет по смерти. Преподобный Антоний Великий часто убеждал своих учеников напечатлевать в уме и сердце мысль о том, что «настоящий день, который мы проживаем, есть последний»[22]. Этими воспоминаниями возгревается страх Божий, который есть третий возбудитель ревности (о страхе Божием см. подробнее в разделе VI). Кроме того имеются еще внутренние возбудители ревности: ощущение сладости жизни в Боге, небесных благ. Наиболее сильный возбудитель спасительной ревности – любовь к Богу. От этой любви приходит радость доброделания и пребывания в добродетельной жизни[23].

В заключение коснемся важнейшего и начальнейшего делания духовной жизни: речь будет идти о подвиге самособранности и внутрь-пребывания в сердце[24], непосредственно связанном с ревностью о спасении и с подвигом трезвения.

«Когда Божественная благодать воздействует на человека в сердце его, тогда дух его (просвещаемый благодатью) проникает туда своим сознанием, а за ним и все силы души и тела»[25]. Обычно у человека-грешника душевные и телесные силы привыкли к греховной деятельности, постоянно подвержены впечатлениям извне и рассеиваются по внешним предметам. Такая раздробленность личности и греховная поврежденность сил души и тела врачуются собиранием в сердце всех этих сил с воздействием на них благодати Божией.

Внутрь-собранность в сердце, или внутрь-пребывание, есть заключение сознания в сердце вместе со всеми силами души. «Около сознания в сердце должно собираться всеми силами – и умом, и волею, и чувством»[26].

«Вслед за такими деланиями душевными, туда же, в сердце, должны направляться и телесные, им соответствующие органы: так, за вниманием – обращение внутрь очей, за бодренностью – напряжение мускулов во всем теле в направлениях к персям, за трезвенностию – оттеснение расслабляющих движений, подавление услаждения и покоя плоти…

Итак, все делание внутрь-пребывания чрез самособрание состоит в следующем. В первую минуту по пробуждении от сна, как только сознаешь себя, низойди внутрь, к сердцу, в эти перси телесные; вслед за тем созывай, привлекай, напрягай туда и все душевные и телесные силы, вниманием ума, с обращением туда очей, бодренностью воли, с напряжением мускулов и трезвением чувства, с подавлением услаждения и покоя плоти, и делай это до тех пор, пока сознание не установится там… И потом пребывай там неисходно, пока пользуешься сознанием, часто повторяя то же делание самособрания и для возобновления его, и для укрепления, потому что оно поминутно то расслабляется, то нарушается»[27].

Подвижники Каллист и Игнатий Ксанфопулы (XVI век) на основе многовекового опыта и свидетельств святых Отцов описали практический прием («естественный некий прием») вхождения внутрь сердца вниманием чрез дыхание, который способствует сосредоточению ума[28].

«Ведомо тебе, – пишет другой подвижник, Никифор Уединенник, –что дыхание наше, коим дышим, есть втягивание в себя и выпускание из себя воздуха. Орган, служащий к сему, суть легкие, которые облегают сердце и, проводя чрез себя воздух, обдают им и сердце. Таким образом, дыхание есть естественный путь к сердцу. Итак, собрав ум свой к себе, введи его в путь дыхания, коим воздух доходит до сердца, и вместе с сим вдыхаемым воздухом понудь его сойти в сердце и там остаться. Приучи же его, брате, не скоро… (Пропуск 2-х стр. текста)

трезвение, и богомыслие, и молитва. Что бы ни делал подвизающийся, прежде всего он должен войти внутрь сердца, и оттуда действовать. Один из святых Отцов говорит: «Когда найдешь, где сердце, и навыкнешь собираться в нем, тогда уже совершай там и молитвословие, и богомыслие, и чтение (Священного Писания и духовных книг), и всякое другое духовное упражнение».

Какие еще средства к неисходному внутрь-пребыванию? – Надо удаляться всего, что может нарушить указанные делания или может отвлечь вовне силы души, собранные в сердце. Отсюда–условие и вместе средство к внутрь-пребыванию: в душе – борьба с рассеянностью и пленениями сердца, в теле – связание его. Все эти средства соприкасаются с подвигом умерщвления себялюбия.

Действенными средствами к предохранению души от рассеянности («парения духа») и к стяжанию неисходного внутрь-пребывания являются следующие:

– Молитва – как: можно более частое призывание в сердце имени Господа Иисуса Христа (особенно молитва Иисусова). «Память Иисусова да соединится с дыханием твоим»[29], – говорит преподобный Иоанн Лествичник.

– Пребывание в чувствах покаяния и веры. К чувствам и расположениям, свойственным покаянной вере, относятся смирение, или чувство своего нравственного бессилия без помощи благодати Божией; решительное противление греховным навыкам; отвращение и омерзение к ним, а вместе с этим и ко всему «миру» как совокупности эгоистически-чувственных обычаев и наслаждений; пребывание в покаянном чувстве самообвинения и сокрушения о безответственности пред лицом Бога, как Всемогущего и Всеправедного Судии, – сокрушения по причине оскорбления Его своими грехами и нарушением заповедей; надежда на спасение в Господе Спасителе нашем; влечение, или жажда жизни чистой и святой по Его образу и с Его помощью – к жизни богообщения[30].

Эти чувства епископ Феофан называет жизнедеятельностью духовною. «И действительно, когда они есть, значит – духовная жизнь в действии; и когда нужно возжечь ослабевающую (духовную) жизнь, необходимо стать в какое-либо из этих чувств»[31].

Внутрь-пребывание и пребывание в чувствах покаяния и смирения тесно взаимосвязаны и друг друга поддерживают. Кто пребывает в том или ином молитвенном или покаянном или другом каком духовном чувстве, того дух прочно связан и неразвлеченно пребывает внутрь; у кого же нет таких чувств, тот быстро рассеивается. Кто хочет оставаться с одним собранием внутрь умовым, тот напрасно трудится: сознание очень быстро ускользает от сердца[32].

Успеху в стяжании необходимого внутрь-пребывания, чувств покаяния и ревности о спасении благоприятствует еще одно внутреннее духовное делание, которое епископ Феофан называет «зрением духовного мира» или пребыванием в «духовной атмосфере». Христианину, подвизающемуся в очищении сердца, стяжании чистоты сердечной, необходимо сделать себе близким мир духовный, или, точнее, усвоить себя самого всему духовному, Божественному. Духовный мир, даже мысль о нем далеки от души человека-грешника, погруженного в суету и предметы греховного мира и греховную жизнь; освобождаясь от уз греха, она начинает тяготеть к сродной ей духовной области: к Богу, к небесной жизни. Это душевное устремление необходимо упражнять и развивать в себе.

Оно состоит в том, чтобы содержать в сознании и чувстве все строение духовного, невидимого, мысленного, но, тем не менее, действительного мира или, что то же, существенных истин Божественного Откровения. Сущность Откровения, обнимающего все бытие, настоящее и будущее, может быть выражена, согласно с епископом Феофаном, так: «Бог единый, в Троице поклоняемый, все сотворивший и все содержащий, восставляет, или, по Апостолу, возглавляет (Еф.1:10) всяческая в Господе нашем Иисусе Христе, чрез Духа Святого, в Церкви действующего, Который, по усовершении верующих, переводит их в другой мир, что и будет продолжаться до времени исполнения всех, или кончины века, когда, по воскресении и суде, воздастся комуждо по делом: одни ниспадут во ад, другие вселятся в рай, и Бог будет всяческая во всех » (Еф.1:23)[33].

Здесь сокращенно показано все содержание Божественного Откровения. Это также содержание Символа веры. Главнейшие здесь истины: вседержительство Божие, домостроительство спасения людей и четыре последних: смерть, суд, ад и рай. Эти именно истины святитель Тихон Задонский заповедует всем христианам помнить от младенчества до гроба[34].

Подвиг памятования, или зрения этих истин должен быть направлен к тому, чтобы каждую из них отдельно и затем все вместе в их связи довести до светлой ясности сознания, глубоко войти в них и так усвоить их себе, сраствориться с ними, чтобы сознание не могло приходить в движение без представления их в себе, или на себе, подобно тому, как днем нельзя открыть глаза без того, чтобы световые волны влияли на них.

Достигается это не сразу и многим трудом. В начале труд состоит в том, чтобы упражняться в духовном восприятии этих истин. Необходимо для этого видеть и ощущать себя содержимым Десницей Божией, во вседержительстве Божием, Им проницаемым и зримым, памятовать, как говорит святой Василий Великий, что «ты назираем» от Бога; необходимо видеть и чувствовать себя спасаемым в Господе, участвующим в домостроительстве спасения в качестве члена Церкви, чувствовать, как говорит Златоуст, что ты – «воин Христов и записан в одном граде (Небесном)»; наконец, видеть себя стоящим в смерти, под судом, чтобы вследствие того или рай наследовать, или быть поглощенным адом.

Упражнение состоит в сколь можно частом ви́дении в себе этих истин. Последний предел такого делания, или высшая ступень этого подвига есть постоянное стояние в духовном мире, ощущение себя в нем. Человек, достигший этого, как бы вышел из этого мира и пребывает в другом своим сознанием и сердцем, вошел в Царствие Божие, или воспринял его в себя.

Епископ Феофан в книге «Путь ко спасению» дает ряд практических указаний и советов к должному прохождению этого подвига[35].

Совершается это делание всеми силами души – в сердце, там, где, как мы выше указали, должен самособираться и пребывать проходящий духовную жизнь.

Необходимо помнить, что это не простое размышление, а такое зрение внутренним душевным оком этих истин, которое приводит к восприятию их в чувство и к возгоранию ревности к богоугождению. Восприятие в чувство будет предохранять нас, не допускать до падения. Поминай последняя твоя , – учит премудрый Сирах, – и во веки не согрешиши (Сир.7:39). Предзрех Господа предо мною выну… да не подвижуся , – свидетельствует из опыта пророк Давид (Пс.15:8).

Посредством этого подвига приобретается страх Божий. «Страх Божий предшествует всякой добродетели, – говорит преподобный авва Дорофей, – ибо начало премудрости (а следовательно, и благочестия) страх Господень (Пс.110:10); и без страха Божия никто не может совершить ни добродетели, ни чего-либо благого; ибо страхом Господним уклоняется всяк от зла (Притч.15:27[36]. Также и святой Исаак Сирин говорит, что «страх Божий есть начало добродетели»[37]. Страх Божий есть дар Бога. Поэтому о стяжании страха Божия и помощи в преднаписанных духовных подвигах надо молиться Господу. В ежедневных наших вечерних молитвах мы умоляем об этом Господа:

«Господи, не лиши мене небесных Твоих благ.

Господи, избави мя вечных мук…

Господи, посли благодать Твою в помощь мне, да прославлю имя Твое святое…

Господи, даждь ми слезы, и память смертную, и умиление…

Господи, даждь ми смирение, целомудрие и послушание…

Господи, всели в мя корень благих, страх Твой в сердце мое…»[38].

Рассмотренные вкратце духовные делания: внутрь-пребывание со зрением духовного мира есть условие к возгреванию духовных чувств. И наоборот, последние своим рождением вызывают и поддерживают первые. «Совокупным же взаимодействием тех и других спеется духовная жизнь»[39].

Необходимо знать, что это есть самый прямой и плодотворный путь к спасительному устроению духовной жизни. «Поэтому священнику, руководящему духовной жизнью, надлежит как можно скорее вводить своих питомцев в это делание и утверждать в нем. Можно даже вводить в него прежде всего внешнего, но лучше всего совместно с ним… Следует только разъяснить существо делания, его важность, и руководствовать. Тогда и внешнее все пойдет охотно, спешно и зрело (возгреваемое ревностию ко спасению)». Кто останавливается на внешнем телесном подвиге без внутреннего духовного, тот постепенно охладевает, теряет дух ревности и все более отдаляется от внутренней истины духовной жизни[40].

Итак, спасительный и благоуспешный подвиг очищения сердца и всей богоугодной жизни надо начинать с описанных духовных деланий: усвоения себя духовному миру, стяжания внутрь-пребывания с трезвением и бодренностью, которые возгревают дух ревности и покаянной веры. Этот путь возрастания духовной жизни, прямой, внутренний, неотделим от другого, состоящего в упражнении душевных и телесных сил в благочестии и в борьбе с искушающим злом.

«Много средств к приобретению чистого сердца. Оно оскверняется от демонов, от людей, от собственных наших страстей, от наших чувств и от самых бездушных вещей, нас окружающих. Демоны все время сыплют, как снег, в наши души нечистые помыслы. Люди оскверняют нас своими соблазнами. Из источника наших страстей, как из мутного родника песок и ил, бьют разнообразные скверны. Нечистоты в сердце приходят чрез слух, зрение, чрез все прочие наши чувства. Земля – города, села, воды, горы, поля, сады, луга содержат множество причин к соблазнительным впечатлениям! Потому так трудно иметь чистое сердце, потому и самые высокие святые жаловались на приражения к ним нечистых помыслов и пожеланий.

Но чем труднее иметь чистое сердце, тем более внимательными должны мы быть к употреблению средств, споспешествующих к приобретению сердечной чистоты. Эти средства доступны всем, прибегнуть к ним зависит от нас. Если мы не употребим к очищению нашего сердца того, что от нас зависит, то Всевышний, по Своей мудрости и любви к нашему спасению, употребит к очищению сердец наших те тяжелые средства, которые зависят от Него. Таковые средства суть болезни, бедствия и другие виды скорбей, могущие потрясти и самое ожесточенное сердце. Заботливый врач употребляет более сильные врачевства там, где слабые оказались недейственными к уврачеванию болезни. «Будем лечить немощи сердца нашего сладкими врачевствами, предложенными нам по благости Божией, и тем предотвратим врачевства горькие, подаваемые во гневе от правосудного и страшного Бога»[41].

[1] Срав.: Иоанн Кассиан Римлянин, прп. О постановлениях киновитян, 5, 15 // Писания

[2] Сергиев Иоанн, прот. Чистое сердце // Солнце правды. С. 77–78.

[3]  В рукописи творение не указано.

[4] Симеон Новый Богослов, прп. Слово 3 // Слова. Вып. 1. С. 36–37.

[5] Иоанн Златоуст, свт. Беседа 10-я на книгу Бытия // Творения. Т. 4. С. 74.

[6] Феофан (Говоров), еп. Путь ко спасению. С. 281.

[7] Феофан (Говоров), еп. Там же. С. 238–239.

[8] Феофан (Говоров), еп. Начертание христианского нравоучения. С. 319.

[9] Феофан (Говоров), еп. Письмо 39 // Что есть духовная жизнь.

[10] Устав св. Василия Великого // Древние иноческие уставы. С. 464.

[11] Противоположные этим расположениям суть пороки, или страсти, – источники всех дел худых, губящих нас. Главнейшие из них суть гордость, тщеславие, своекорыстие, невоздержание, гнев, ненависть, зависть, леность, страсть к чувственным утехам, уныние, отчаяние. О них Апостол законоположил, что христианам не только иметь их не должно, но даже чтобы и помину о них не было среди них: ниже да именуется в вас (Еф.5:3).

[12] Исихий Иерусалимский, прп. О трезвении и молитве, 3 // Добротолюбие. Т. 2. С. 158.

[13] Феофан (Говоров), еп. Толкование пастырских Посланий святого апостола Павла. С. 87.

[14] Исихий Иерусалимский, прп. О трезвении и молитве, 14–16 // Добротолюбие. Т. 2. С. 160.

[15] Исихий Иерусалимский, прп. О трезвении и молитве, 189 // Добротолюбие. Т. 2. С. 199.

[16] Исихий Иерусалимский, прп. О трезвении и молитве, 51 // Там же. С. 169.

[17] Устав св. Василия Великого // Древние иноческие уставы. С. 462.

[18] Исихий Иерусалимский, прп. О трезвении и молитве, 1 // Там же. С. 157.

[19] Исихий Иерусалимский, прп. О трезвении и молитве, 193 // Там же. С. 200.

[20] Исихий Иерусалимский, прп. О трезвении и молитве, 1 // Там же. С. 157.

[21] О хранении и испытании совести см.: Дорофей, прп. Поучение 3 // Душеполезные поучения и послания; Никодим Святогорец, прп. Невидимая брань, 2, 8.

[22] Антоний Великий, прп. Изречение 5 // Добротолюбие. Т. 1. С. 125.

[23] Антоний Великий, прп. Изречение 5 // Там же. С. 125–132.

[24] См. об этом Феофан (Говоров), еп. Путь ко спасению. С. 203–223.

[25] Феофан (Говоров), еп. Путь ко спасению. C. 206.

[26] Феофан (Говоров), еп. Там же. Собрание ума в сердце еп. Феофан называет вниманием, собрание воли – бодренностью, собрание чувства – трезвением. “Внимание, бодренность и трезвение – три внутренних делания, коими совершается самособрание и действует внутрь-пребывание. У кого они есть, и притом все, тот – внутрь; у кого нет, и притом хоть одного, тот – вне” (Там же).

[27] Феофан (Говоров), еп. Путь ко спасению. С. 206–207.

[28] Каллист, Игнатий Ксанфопулы, прпп. Наставление для безмолвствующих, 24 // Добротолюбие. Т. 5. С. 338.

[29] Иоанн Лествичник, прп. Слово 27, 61 // Лествица. С. 227.

[30] Феофан (Говоров), еп. Путь ко спасению. C. 216–218.

[31] Феофан (Говоров), еп. Путь ко спасению. C. 218.

[32] Феофан (Говоров), еп. Там же. С. 220–221.

[33] Феофан (Говоров), еп. Путь ко спасению. C. 211.

[34] Тихон Задонский, свт. Творения. Т. 1. С. 101–102.

[35] Феофан (Говоров), еп. Путь ко спасению. С. 213–215. В качестве упражнения для успешного прохождения этого делания еп. Феофан указывает на частое повторение в продолжение дня кратких изречений из Священного Писания, например: камо пойду? – предлежит единою умрети, потом же суд… Собираеши себе гнев на день гнева… Несть иного имене, о немже подобает спастися нам (Евр.9:27Рим.2:5Деян.4:12), и проч., и в особенности, кратких молитв, направляющих надлежащим образом и напоминающих ту или иную из указанных истин, или Символа веры. Способствует этому же деланию чтение книг, в коих речь идет о тех же предметах, воспоминание судов Божиих невидимых и неожиданных, когда люди умирают внезапно, скоротечность нашей жизни и др.

[36] Дорофей, прп. Поучение 18 // Душеполезные поучения и послания. С. 187. См. также Дорофей, прп. Поучение 4 // Там же; Диадох Эпирский, прп. Подвижническое слово, 16, 17 // Добротолюбие. Т. 3. С. 15–16; Феодор Эдесский, свт. Деятельные главы, 47 // Добротолюбие. Т. 3. С. 329.

[37] Исаак Сирин, прп. Слово 1 // Слова духовно-подвижнические. С. 1.

[38] Иоанн Златоуст, свт. Вечерняя молитва (24 прошения по часам дня и ночи).

[39] Феофан (Говоров), еп. Путь ко спасению. С. 221.

[40] Феофан (Говоров), еп. Путь ко спасению. С. 222–223.

[41] Иаков (Вечерков), архиеп. Слово о средствах, споспешествующих к приобретению чистоты сердца // Слова и речи. Ч. 1. С. 74–75.

Гермоген Иванович Шиманский. «Подвиг очищения сердца» из книги «Христианская добродетель целомудрия и чистоты по учению святых Отцов и подвижников Церкви. Часть 4. Глава 4.»